7 (499) 250-43-95

Отзыв о путешествии в Париж

ул. 4-я Тверская-Ямская, 31, офис 58 Россия, г. Москва, + 7 (499) 250-43-95

Париж



Три дня в весеннем Париже




Париж

Я опять хочу в Париж

Все-таки старичина Хэм был прав. Он все-таки был прав. Не то, чтобы я не верил, но некоторые сомнения все же оставались. Как-никак, столько лет прошло с тех пор, эпоха сменилась…. «Праздник, который всегда с тобой». Это про него. Про этот город. Про Париж. Подписываюсь, без сомнений и оговорок. .....

И еще одна банальность в предисловии. «Бойся своих желаний, ибо они осуществляются». Так вот: это не тот случай. Для меня, по крайней мере. Потому что Париж – это не новая тачка, не дом, не банковский сейф и даже не счастье в личной жизни, наконец. Это что-то, что сидит глубоко внутри, неощущаемое в рутине повседневности; некий катализатор, смычок для струн твоей души – а она у тебя есть, как выясняется; нечто, что обостряет все твои чувства, и мир вокруг ты воспринимаешь так же четко, ярко и свежо, как было когда-то, в детстве…. Так что я опять хочу в Париж.

Bonsoir, monsieur. Rue L’Ariston, s’il vous plait…. Merci beaucoup.

весенний ПарижА еще весна – лучшее все-таки время для первого свидания с этим городом. Я не ошибся. Апрель. Солнце - ослепительное, теплое, но не жгучее пока. Высокое синее небо, стайки чистых нарядных облачков. Свежая, сочная уже трава, кроны деревьев в зеленой дымке – вот-вот прорвет. Цветущий миндаль в Люксембургском саду. Просто стоит себе невысокое раскидистое дерево, еще без листьев пока, сплошь покрытое розовыми цветами. Словно завернутое в полупрозрачный розовый шарф…. И воздух. И ты им дышишь.

Что-то я на пафос сбился. Ну, то есть на лирику потянуло. А это не пафосно как-то, в мои-то годы…. Будем исправляться.

Нет, правда, ну как удержаться, от пафоса-то? От лирики слюнявой – как тут удержишься, после всего увиденного и прочувствованного? Я до сих пор хожу слегка прибитый. Никогда ранее со мной такого не случалось. Ни после Мюнхена, ни после Норд-Капа. Вообще, ни одна моя поездка до этого так на меня не действовала. Там свой impression был. Но вот этого ощущения потерянности, когда пришла пора уезжать, ошеломления этого и грусти – не было. Может быть, дело в формате поездки? Может быть, трех дней оказалось мало? Да конечно мало, кто бы спорил! Но все же было здесь что-то еще, что-то очень личное, сокровенное, мое.

Париж – он ведь небольшой совсем. Не Москва, знаете ли. Всего-то 2,5 миллиона жителей. И все сплошь парижане. Ну и приезжие, как без них. Но, поскольку высокий сезон еще не начался, туристов не так много, а парижане по отпускам пока не разъехались. Так вот: Париж весь компактный, светлый, продуманный, дружественный к человеку. Все последующие поколения королей, префектов, императоров и президентов - меняя, перестраивая, расширяя и испрямляя - ни на секунду не отступали от некоего общего плана, от законов места и времени, своего времени и этого конкретного места…. И как все-таки здорово, что в Париже никогда не было Советской власти. И от такого явления, как мэр Лужков, он тоже был избавлен. Нет, Лужков, конечно, тоже градостроитель. Но как-то так… в общем, понятно. Я представляю, каким образом и насколько изменилось бы лицо этого города, если бы им порулил лет десять-пятнадцать такой вот «крепкий хозяйственник». Хотя поставь на это место любого другого человека, результат был бы соответствующим…. Проблемы, видимо, в консерватории-то….

Ну да ладно, не суть. А суть в том, что попадание моих хотелок в реальность получилось настолько точным, что оторопь берет. Все совпало. Вот те крест во все пузо.

Эйфелева башняЯ снял небольшую квартирку – кухня, гостиная, спальня, пара чуланов и подсобок - неподалеку от площади Трокадеро, в тихом респектабельном районе, Rue L’Ariston, 80. Эта улочка расположена между Avenue Kleber и Avenue Victor Hugo, и идет от Avenue de Longchamp до площади Звезды (place d’Etoile). Вообще 16 округ (arrondisement) – один из самых буржуазных районов Парижа, где всегда селились банкиры, зажиточные буржуа, состоявшиеся представители богемы. Некий О. де Бальзак, например, или Д. Мережковский, Бунин, А. Жид. И поскольку основные Парижские достопримечательности все-таки расположены чуть в стороне от этих мест (хотя в Париже, в центре – все рядом, это же не Москва), то вот тут-то и протекает нормальная Парижская жизнь, в которой все как везде, но все же чуточку иначе.

И дворники по утрам, сгребающие мусор с тротуаров к специальным желобам на мостовой, откуда его потом смоет в канализацию поток пущенной этим же дворником воды, и управляющие окрестных домов, раздающие этим дворникам какие-то указания. И какой-то явно загулявший тип, перепутавший вечер с утром, что-то громко и хрипло распевающий, задирающий прохожих, которым ровным счетом плевать на него и его проблемы…. И булочные, открытые чуть свет, а в этих булочных свежайшие, только что выпеченные круассаны…. И дети, которых с утра отправляют в школу. А они чем-то недовольны, как все дети на свете в этой ситуации, только вот капризничают они исключительно по-французски…. И маленькие ресторанчики, где можно прочесть утреннюю газету под чашечку кофе и первую за день – самую вкусную - сигарету…..

О-о, это отдельная песня, завтрак в Париже!

Утро. Солнце. Шум просыпающейся улочки, в котором перемешались непонятная речь, отдаленные гудки автомобилей, стрекот проехавшего мотороллера, что-то еще.

И ты встаешь, распахиваешь шторы, открываешь французские – от пола до потолка – окна, и в спальне, и в гостиной, и вместе с шумом в окна входит утренняя прохлада, и первый утренний солнечный луч, отразившись в старинной золоченой раме огромного зеркала над каминной полкой, пляшет на лепнине потолка….

Душ, бритье, одевание. Капелька одеколона. Вперед, завтракать! Спускаешься по закрученной винтом лестнице, выходишь во внутренний двор. Брусчатка, статуи львов, цветы. Вежливый обмен улыбками с каким-то аборигеном, пара шагов под арку, открываешь дверь, ты уже на улице. Rue L’Ariston. Пару шагов налево, и все, ты прибыл.

Девять утра, в brasserie только хозяйка с помощником, по виду – сыном, пара местных, с газетой и кофе, да я. Кофе, круассан, апельсиновый сок, омлет с ветчиной, сыр. Еще кофе, еще круассан. Вот она, формула совершенства. Если кто-то скажет, что бывает что-то более изумительное, чем завтрак в brasserie на улице Л’Аристон погожим апрельским утром – не верьте.

вечерний ПарижИ вот тут позвольте пару слов о французском менталитете. Много раз приходилось слышать и читать о том, что французы чванливы, заносчивы, и ни в грош не ставят всех остальных. Это, наверное, правда, но не вся. Просто они вполне самодостаточны, и им никто не нужен. Даже туристы, приносящие городу, стране и людям деньги, работу, благосостояние, французами воспринимаются как неизбежное, но все-таки зло. Их просто терпят, в большей или меньшей степени. Они просто докучливые людишки, мешающие французам жить в привычном ритме, создающие толпу и занимающие слишком много места на их улицах, площадях, в ресторанах и транспорте. И как-то так все лучшие ресторанчики всегда за углом, в стороне от туристических маршрутов, где полно всяких японцев, немцев и англичан. Поэтому лучше знать хотя бы пару слов по-французски, если ты хочешь чувствовать себя комфортно в этом городе и в этой стране. Стоит ли удивляться, что общение за завтраком выглядело так: я заказывал по-английски, а хозяйка отвечала, уточняла и спрашивала по-французски. Все с улыбкой, вежливо и достаточно доброжелательно, но ощущаешь себя дураком. Впрочем, это все не важно, не важно….

Что-то не идет у меня дальше. Все время сбиваюсь с мысли, до сих пор эмоции не улеглись.

Хотел рассказать про Версаль, про сады и фонтаны, которым все Европейские монархи подражали потом на протяжении столетий, а перед глазами стоит лицо пожилого вьетнамца, сплошь состоящее из морщин. Его магазинчик открыт допоздна, в отличие от прочих, которые уже в семь вечера закрываются, и все окрестные жители ходят туда за бутылкой минеральной воды, веткой винограда или батоном хлеба. И этот вьетнамец всем улыбается, приветствует постоянных покупателей – а какие же там еще могут быть…. Впрочем, случайных, залетных - вроде меня – он тоже приветствует.

Описывать Сите, Нотр-Дам, Лувр? Большие бульвары, мост Александра III, Вандомскую площадь? Не думаю, что смогу это сделать лучше, чем сотни раз это делали до меня.

А вот вспоминается почему-то способ парковки по-Парижски. Туго там с местами для этого, узкие улицы, почти строго соблюдаемые правила. И машинки поэтому все больше маленькие попадаются. И бамперы у всех… весьма активно используются, прямо скажем. Есть, положим, место у тротуара, сантиметров на 25-30 побольше длины машины – все, мы туда залезем. И хорошо, если на машинке, которая уже стоит у тротуара, 75-е номера. Парижские, то есть. Ну, 78-е, на худой конец. Иль-де-Франс, то есть. Версаль и прочие престижные пригороды. Тогда мы будем парковаться аккуратно, касание бампера будет пусть и ощутимым - чтобы стоящего слегка подвинуть, на буквально сантиметр-другой - но мягким. Гораздо все проще, если тебя угораздило приехать в Париж откуда-нибудь из Германии, да еще на свеженькой BMW…. Тут тебе не повезло, прямо скажем. Тогда разгоняется какой-нибудь засранец на не первой свежести Пежо, и получи, фашист, гранату. Подвинься, Фриц, не дома! И не смущает никого, что все происходит среди бела дня – то есть в половине двенадцатого ночи, прямо на Елисейских Полях, напротив Lido de Paris….

Панорама осеннего Паржа Наверное, я слишком рано взялся за этот отчет. В голове по-прежнему сумбур, не устаканились еще впечатления. И все в кучу – и феерическое, завораживающее представление в Лидо, и узкие улочки Латинского квартала, бульвар Сен-Жермен и купол Дома Инвалидов, под которым находится гробница Наполеона Бонапарта. Фонтан Обсерватории и каштаны бульвара Сен-Мишель. Сена. Не широкая совсем, по нашим-то меркам. Жилые баржи на ней, лотки букинистов на светлых известняковых набережных. Низкий, тяжелый звук колоколов Нотр-Дам, толпы народа с пальмовыми и оливковыми веточками – Вербное Воскресенье….

И Мона Лиза. Я отошел от нее на несколько метров, стоял перед ней и десять минут, и пятнадцать, смотрел на нее поверх голов, и ничего не чувствовал. Однако через какое-то время понял, что не могу отвести взгляд от этого неправильного, некрасивого лица. И тут дошло до меня, почему французские короли никогда с ней не расставались, никогда. Она все время была с ними, на любой войне, в любой поездке….

Bonsoir, monsieur. Rue L’Ariston, s’il vous plait…. Merci beaucoup.

Вот, собственно, и все.

Я желаю себе когда-нибудь повторить эти слова Парижскому таксисту, и пусть он везет меня туда, на эту узкую маленькую улочку, по Елисейским Полям, через Площадь Звезды, по авеню Клебер….

Я опять хочу в Париж.

В. М.

ХОТИТЕ В ПАРИЖ?

Оставьте свой номер телефона, и мы перезвоним, чтобы составить план вашей поездки!

Или просто позвоните нам по номеру

7 (499) 250-43-95

с 11 до 20:00 МСК

ПРИХОДИТЕ К НАМ НА КОФЕ!

Москва, ул. 4-я Тверская-Ямская, 31, офис 58

Работаем Пн-Пт с 11 до 20:00 МСК

+ 7 (499) 250-43-95

Перейти на сайт Тюменского офиса

Тюмень, ул. Володарского 22, офис 404 (район магазина "Океан")

Работаем Пн-Пт с 10:30 до 19:30

+ 7 (3452) 44-41-06
+ 7 (3452) 44-41-59
+ 7 (3452) 45-26-24